Дональд Трамп: амбиции, реванш и будущее Америки
История не терпит сослагательного наклонения, но иногда полезно представить, как могли бы развиваться события, если бы что-то пошло иначе. Вспомним, например, Адольфа Гитлера, который мечтал стать художником, но не был принят в художественную школу. Если бы его талант признали, возможно, мир получил бы эксцентричного, но безобидного художника, а не диктатора, ответственного за миллионы смертей и разруху в Европе.
Похожая ситуация складывается и с Дональдом Трампом. Эгоцентричный бизнесмен, ставший президентом США, мог бы спокойно отслужить один или два срока и уйти в историю. Однако политические элиты США, посчитав его выскочкой, начали кампанию против него. Пресса публиковала компрометирующие материалы, его решения саботировались, а на выборах, по его мнению, у него украли победу. Ему приписывали тяжкие преступления и подвергали уголовному преследованию. Все это могло привести к развитию у Трампа синдрома обиженного и озлобленного человека, или, как его можно назвать, расстройства посттравматической озлобленности (РПТО).
И вот, Трамп снова побеждает на выборах президента США. Теперь он не просто хочет руководить страной, но и доказать всем, что он не верблюд. Он намерен утвердиться и отомстить, и даже не скрывает этого. Ему не присудили Нобелевскую премию, которую он, вероятно, ждал как компенсацию за годы унижений. Но те, кто считает себя пупом земли, снова ошиблись.
Теперь Трампу нужен новый реванш, который затмит Нобелевскую премию и все остальные титулы и награды. Он хочет стать величайшим президентом всех времён и народов. Для достижения этой цели он намерен сделать Америку самой великой страной планеты в прямом смысле. Для этого он планирует присоединить к США Гренландию, Канаду, Панаму и, возможно, Мексику. Тогда США по площади превзойдут Россию и станут самой большой страной на планете. Трамп яростно мечтает войти в мировую историю и историю своей страны как величайший лидер всех времён и народов. И пусть европейцы подавятся своей премией, он придумает свою, которая превзойдёт все премии мира.
До Второй мировой войны главным международным языком был немецкий, а главной международной валютой — немецкая марка. США сместили их с этого пьедестала. Не исключено, что в скором времени нечто подобное случится и в мире званий и премий.
Однако, как я уже писал ранее, когда американцы начинают бороться за мир, от этого мира может не остаться камня на камне. Вот как-то так, если очень кратко.
Автор: Мирон Веклюк
